Статистика регистра
на 21 сентября 2022
71 147
потенциальных доноров в регистре
88
стали реальными донорами
26.08.2022

История успеха. Или поражения?

Пять лет назад Русфонд учредил Национальный регистр доноров костного мозга



Лев Амбиндер,
президент Русфонда, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ), член Совета при Правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере

...Все началось в 2016 году в Петербурге. В НИИ имени Р.М. Горбачевой открывали новую лабораторию для первичного типирования доноров костного мозга (определения генов тканевой совместимости). НИИ построил ее по своим лекалам и на деньги Русфонда. Красная ленточка, речи, телекамеры... На торжестве Русфонд узнает, что в ФРГ, в Фонде Стефана Морша, реагенты на типирование одного донора обходятся в €25. А Русфонд для НИИ покупает по €200. И в новой лаборатории переплачивать?! Мы поехали в ФРГ, разобрались: немцы еще в 2010 году внедрили новую технологию. То есть в 2016-м мы вложились в морально устаревшую? У немцев скорость и качество типирования выросли, а цена упала. А НИИ Горбачевой не хочет перемен. И 31 августа 2017 года Минюст РФ зарегистрировал первый в РФ НКО-регистр: Национальный регистр доноров костного мозга имени Васи Перевощикова (Национальный РДКМ). У Васи, мальчика из Удмуртии, нашли рак крови, но не нашли ему донора – ни в России, ни в мире.

Национальному РДКМ приказали долго жить?

Если упрощенно, строительство донорского регистра как движение граждан и как производство зависит от двух вещей: энтузиазма и денег. По нашим прикидкам, Национальный РДКМ мог бы сегодня насчитывать до 200 тыс. доноров – интерес к нему стабильно высок, да деньги лимитируют. Мы вложили 816,6 млн руб. (сколько собрали!), рекрутировали доноров при поддержке прессы, соцсетей, партнерских НКО, коммерческих и госструктур, открыли самую современную NGS-лабораторию первичного типирования. Итог: в Национальном РДКМ – 70 280 доноров.

Да, он стал крупнейшим регистром РФ всего за четыре года и четыре месяца. Сравним: госрегистров полтора десятка, в них – до 120 тыс. доноров, стартовали кто в 2010 году, а кто и в 1988-м, когда РСФСР учредила Республиканский регистр доноров костного мозга. Да, у нас самые высокие скорость и качество типирования, а стоимость в разы ниже, чем в локальных госрегистрах. Да, наши доноры – это уже треть общероссийской базы. Но это не 200 тыс. доноров. Это втрое меньше.

Проблема в том, что поточное нон-профит производство за счет филантропов построить можно, а вот непрерывно эксплуатировать – не получится. Еще в начале века это установили исследователи социального предпринимательства Роджер Мартин и Салли Осберг. Оценивая собственный опыт и практики мира, они пришли к выводу, что есть всего два способа субсидирования таких проектов: государственное и рыночное, когда проект самоокупаемый. Филантропия хороша как подмога. Она не гарантирует постоянство.

События развиваются так, что вопрос стоит о выживании нашего НКО-регистра. 1 сентября вступит в силу закон о создании Федерального регистра. Правительство утвердило Правила его ведения и поручило Федеральному медико-биологическому агентству (ФМБА) его создание и развитие. ФМБА предложило нам безвозмездно передать свою базу, ссылаясь на Правила. А те не признают Национальный РДКМ поставщиком из-за НКО-происхождения – иной, чем в ФМБА, организации дела. Это значит, что у НКО нет и права на госбюджет. Между тем в 2023 году ФМБА рассчитывает включить в регистры своих клиник 18 тыс. новых доноров за счет госбюджета. В прежние годы власть больше чем за 4 тыс. доноров ФМБА не платила, а госрегистры Минздрава вовсе не финансировала. Но ведь и статус у ФМБА теперь другой!

Иными словами, агентство от имени государства предлагает нам самоликвидацию. Я это к тому, что госбюджет для госрегистров в 2023 году обнулит пожертвования Национальному РДКМ. Такая логика у благотворителей: НКО-регистр вправе иметь госфинансирование, а если нет, то государству он не нужен. Зачем же ему жертвовать?..

Мы, разумеется, не сидим сложа руки. «Ъ» регулярно сообщает о наших дискуссиях с правительством, с ФМБА. В августе получены новые ответы на наши запросы. Они обескураживают. Об этом – позже, а пока о свежем исследовании НМИЦ гематологии (Гемцентра), которое показывает, что почем в этой отрасли.

Что почем в донорстве костного мозга?

Качество донорской базы у нас обычно комментируют общими словами, нет методики его определения. И вот главный внештатный трансфузиолог Минздрава, замдиректора Гемцентра Татьяна Гапонова обнародовала исследование на основе такой методики. Аналитика Гемцентра уникальна и на удивление показательна. Жаль только, это статистика одной клиники. Полную картину качества донорской базы РФ даст сводный анализ данных трансплантационных центров. Но главное понятно уже сейчас, судите сами.

В 2019–2021 годах Гемцентр для 217 пациентов нашел 864 предварительно совпавших донора в госрегистрах Минздрава и ФМБА. Но после связи с донорами, отказов части из них, медобследования и дотипирования совместимыми с больными оказались лишь 204 донора из 864 (23,6%).

Вопрос: 660 отвергнутых доноров (76,4%) из 864 – это норма? Гемцентр предоставил нам с вами делать выводы.

Больше всего отводов, 321 донор (37,2%), после дотипирования. То есть причина – в низком качестве первичного типирования? В регистрах Минздрава и ФМБА оно проводилось в низком разрешении, а в ФМБА – еще и по четырем генам вместо принятых пяти. У регистров ФМБА и самый высокий процент отводов после дотипирования: 48,8% – 200 доноров из 410 предварительно совпавших. Регистры агентства, напомню, единственные в стране живут за госсчет. Еще деталь: крупнейший в ФМБА регистр Кировского НИИ гематологии и переливания крови покупал реагенты для первичного типирования по 21 тыс. руб. на одного донора, Национальный РДКМ – по 7 тыс. руб.

Отныне Кировский НИИ – администратор Федерального регистра.

Гемцентр в 2019–2021 годах не пользовался нашей базой, и в исследование мы не попали. В те же три года Национальный РДКМ из 207 предварительно совпавших получил 143 совместимых донора (69,1%). Ущербный у госрегистров показатель – отвод после дотипирования – в Национальном РДКМ вообще равен нулю (0%). Мы стартовали с первичного типирования в высоком разрешении. В этом все дело.

Нынче, на 25 августа, у нас из 111 предварительно совпавших готовы к донации 86 доноров (77,5%).

Сравнительная таблица: Русфонд

Мы преждевременны?

Коллега в «Ъ», слушая эту историю то ли успеха, то ли поражения, резюмирует: «Вы преждевременны, держитесь – придут другие времена. Либо закройте лавочку». Закрыться? Миллионы сограждан поверили в нас – и мы не оплошали. И никакая это не лавочка. Из журналистов и менеджеров, врачей и биологов мы создали НКО-регистр эффективнее, чем целое ФМБА за госсчет.

В 2016 году Германия открыла нам и без того очевидное: частный бизнес оборотистей государственного, регистры нон-профит – эффективней государственных. В этом смысле ФРГ с крупнейшей в мире донорской базой (9,8 млн доноров) – живое наглядное пособие. Базу ФРГ создали 26 локальных регистров: 13 НКО и 13 госклиник. Госклиники за 30 лет вырастили базу до 331 тыс. доноров. А НКО привлекли остальные 9,5 млн немцев. Для НКО постоянный рост и эксплуатация регистра есть смысл существования. В госклиниках регистр уж точно не основное производство. Вот, в сущности, и все отличия.

Национальный РДКМ демонстрирует тот же эффект на российской почве, в наших реалиях. Но есть и разница: Германия ввела рынок, законами приравняв трансплантат костного мозга к лекарству. А оно – товар. Возможен ли в России рынок трансплантатов? Точно не сейчас. Причин уйма, вот одна: костный мозг человека есть орган – торговля органами запрещена. Но мы покупаем в той же ФРГ за €23 тыс. и 30 лет пересаживаем россиянам такой импорт (впрочем, платит не государство, а пациенты либо благотворительные фонды).

Остается госфинансирование развития этого донорства. Оно возможно, но не для всех. Государство поручает Федеральный регистр ФМБА, и агентство не промах – монополист, а как же! И вот ФМБА заказывает государству на 2023 год бюджет для своих регистров и ничего не заказывает для Национального РДКМ. Правительство не против. Пока как-то так.

Все материалы по теме «ФМБА – Русфонд. Хроники»

1. «Дежавю-2»: ФМБА России не видит Национальный РДКМ в Федеральном регистре – 22.04.2022
2. Первый блин: Киров определит интеграцию Национального РДКМ? – 29.04.2022
3. Объединение или поглощение? Национального РДКМ нет в рабочей группе ФМБА– 6.05.2022
4. Первый экспорт: Национальный РДКМ включен в международную кооперацию – 13.05.2022
5. Соратники: «Ъ», КФУ, Почта России, «Инвитро» и миллионы граждан – 20.05.2022
6. Вера, любовь – и донорство: станут ли НКО строителями Федерального регистра? – 17.06.2022
7. Договариваемся о словах: нужен понятийный аппарат донорства костного мозга. Пока получается не очень – 1.07.2022
8. Мечта на миллион: через пять лет получим регистр в 1 000 000 доноров? – 8.07.2022
9. «Обязан» или лишь «может»? Национальному РДКМ нужны права в Федеральном регистре –15.07.2022
10. Кто в доме хозяин? У Федерального регистра нет руководителя. И не будет? – 29.07.2022



Стенограмма доклада Т.В. Гапоновой на конференции РосНИИГТ – 1.07.2022

Twitter